Нужна помощь

Новости

  • Семейная программа

    Хотите стать еще счастливее? Испытываете семейный кризис? Хотите глубже понимать семейную жизнь? Объявляем набор для участия в новой Семейной программе при храме Иконы Божией Матери "Державная" с православными психологами. Первая встреча 13 октября 2021 г.

  • Трансляция богослужений

    Ближайшие трансляции - в субботу Всенощное бдение в 17.00, и Литургия в воскресенье в 10.00.

Подать записки в наш храм через интернет. В меню ХРАМ --> Записки через интернет

В детском доме № 9

Из книги "Воспоминания и размышления" прот.Сергия Филимонова, написанной к 50-летию автора.

Предыдущие главы книги: 1 - "Родом из детства", 2.1 - "В Должанке с бабушкой Александрой", 2.2 — Первые годы в Ленинграде, 2.3 — В школе, 3.1 — Врач. Alma mater3.2 — На флоте3.3 — Адъюнктура и женитьба 3.4 — Первые шаги в храм 4.1 — Первый духовный отец - о протоиерее Василии Лесняке, 4.2 — Отец Михаил Сечейко4.3 — Об архимандрите Пантелеимоне Борисенко4.4 — Отец Василий Ермаков, 5.1 — Начало служения. Путь в священнослужение, 5.2 — Рукоположение, 5.3 — Духовная семинария и Духовная академия, 5.4 — Храм преподобного Сергия 5.5 — Строительство Державной: от креста в небе до креста в небе

 

Встреча с директором детдома

Служение прихода в детском доме № 9 состоялось по воле Божией.

Еще будучи офицером на корабле и адъюнктом Военно-медицинской академии, я был приглашен для благотворительной диспансеризации детей одним офицером-медиком, который демобилизовался и организовал Медицинский центр. Им были собраны разные специалисты, я осматривал детей на предмет лор-заболеваемости. Это и был тот детский дом, где в будущем началось наше служение. Ничего случайного в жизни не бывает.

Потом, со временем, я все чаще слышал об Анатолии Васильевиче Ульянове, директоре этого детского дома, о его трудах, заботе о детях, о различных проектах. Нам никак не удавалось встретиться. Мой сослуживец Юрий Можарцев пытался нас познакомить, но у него это никак не получалось.

В один прекрасный день 1996 года нас с матушкой пригласили в Москву для того, чтобы пожертвовать нам определенные финансовые средства на строительство храма Державной иконы Божией Матери. В Москве как раз пребывала глава святого целителя Пантелеимона, поэтому у нас была возможность приложиться к святыне. Как ни странно, первый ощутимый взнос приготовила нам Американская автокефальная церковь. В поезд мы сели в день памяти великомученика Георгия Победоносца и оказались в одном купе с очень приятным человеком лет 40–50, который тоже ехал в Москву — для получения финансовых средств на свой детский дом в Георгиевский детский фонд. Мы с ним разговорились, начали показывать ему фотографии.

Увидев снимок с архимандритом Пантелеимоном, наш попутчик сказал: «А я этого монаха знаю». Мы стали расспрашивать, и он рассказал: «Мы были на экскурсии в Псково-Печерском монастыре, и как-то никто с нами особо не разговаривал. Вдруг он подошел к нам: “Пойдемте, я вам наберу воду”. Мы попытались сами, но он говорит: “Я сам вам все сделаю, сам все наберу”. Он набрал нам святой воды из колодца, показал, как это делается, поговорил с нами со всеми. Принес нам большое утешение, и мы его запомнили».

Мы с матушкой говорим: «Да это же наш духовный отец, архимандрит Пантелеимон». Собеседник сказал, что был удивлен таким пристальным вниманием, такой пристальной заботой архимандрита Пантелеимона. Знал ли батюшка о том, что мы когда-то будем сотрудничать с его детским домом или нет, но факт остается фактом. В процессе дальнейшего разговора мы оба начали понимать, что мы — те самые, непознакомленные друг с другом люди, которые уже третий год пытаются встретиться и друг о друге много знают понаслышке. И уже напрямую задали друг другу вопросы: «Вы такой-то?» — «Да, я такой-то. А вы такой-то?» — «Да, я такой-то». Нашим собеседником оказался директор детского дома № 9 Анатолий Васильевич Ульянов.

Дальше разговор пошел уже о детском доме. Анатолий Васильевич сказал, что детям необходимо духовно-нравственное воспитание, и для этого нужна община и церковь в детском доме. Какие-то начатки этого всего уже есть, но требуется серьезная систематическая работа. И тут же мы решили, что будем дружить и сотрудничать. Относительно того, как должна называться церковь, у нас сомнений не было, потому что мы встретились в день Георгия Победоносца, и он ехал по делам в Георгиевский детский фонд. Когда мы вернулись из Москвы, то созвонились с Анатолием Васильевичем, и наше сотрудничество началось.

Анатолий Васильевич не просто так оказался в этом детском доме. Раньше он имел очень хорошую выгодную работу, но эта спокойная работа его не устраивала — он человек «беспокойный». Спокойно пить чай, кофе и раздавать указания ему не нравилось. И когда ему предложили пойти директором детского дома, он, немного поколебавшись, пошел на эту достаточно сложную работу.

Когда новый директор пришел в детский дом, он застал там полную разруху: разбитые унитазы, грязь, беспорядок, и начал трудиться засучив рукава. Было очень много сложностей и с персоналом, и с детьми. И в какой-то момент друзья, которые определили его на эту работу, сказали: «Что ты здесь паришься? Зачем тебе это надо? Давай иди в администрацию города». И когда он был уже на грани, во время ночных раздумий, когда сердце ныло и болело, его осиял Небесный свет, в сердце пришло утешение, успокоение, и он понял, что никуда уходить не надо, его место здесь. Утром за ним приехала черная «Волга» — доставить на новое место работы, — но он отказался и продолжил служение в детском доме.

Кактус и кактусята

В кабинете Анатолия Васильевича висела картина: кактус, и за кактусом — икона, «Спас» Андрея Рублева. Аллегория человека, который остается сухой колючкой, пока Бог где-то сзади, в тени. Но в то же время аллегория эта говорит о том, что за внешней строгостью, колючестью может таиться сокровенный Христос, который не виден окружающим, но действует в сердце человека. Можно сказать, что это была визитная карточка Анатолия Васильевича, поскольку повесить в кабинете икону он не мог, это привлекло бы внимание разных проверок и вызвало наговоры сослуживцев. Такое случалось в 80–90-е годы.

При моих разговорах с Анатолием Васильевичем выяснилось, что его семья была верующей, но с детства ему пришлось стать осторожным на всю оставшуюся жизнь. В первом или втором классе его подняли и попросили рассказать любое стихотворение, и он прочитал молитву «Отче наш». Это было в советское время, до войны, в разгар гонений на Церковь. Подобный инцидент мог привести к большим неприятностям для родителей. С сыном строжайше поговорили, и с того момента он больше никогда никаких молитв вслух не читал, хотя хранил глубоко в сердце зерно Божие, заложенное в детстве. Именно оно вызвало его заботы о духовно-нравственном возрождении детского дома и воспитании детей.

Я ездил в детский дом регулярно, по средам. Купчино не ближний свет, с Гражданки добираться приходилось с четырьмя пересадками. Это занимало много времени, но самое главное, что тогда было важно, это регулярность. Об этом нам сказал один из воспитанников детского дома: «Многие к нам ездили. И перестали ездить. От вас ничего сверхъестественного не требуется. Если вы будете постоянно появляться, то все будет нормально». Мы восприняли этот совет бывалого детдомовца. И как показывают 20 лет, прошедшие с того времени, совет был исключительно верным.

Первый молебен мы служили в рекреации. Когда мы начали молиться, вокруг нас летали мячи, бегали дети, кто-то кричал. Но со временем чаянием директора и его помощников была благоустроена церковь, подготовлен алтарь. Митрополит Владимир без колебаний подписал указ об организации общины, она не проходила обычные инстанции. Церковь и община были организованы очень быстро.

Шло время, и мы начали служить в детском доме Божественную литургию. Литургии проходили достаточно сложно, потому что было много детей от родителей, лишенных родительских прав, с различными отягощенными, скажем так, историями, с задержкой психического развития. В силу своих неврологических сложностей они не могли выстаивать обычную Божественную литургию, поэтому она была адаптирована до максимально краткой формы, чтобы дети могли ее выдерживать.

Божественная литургия в детском доме

Божественная литургия в детском доме в церкви вмч. Георгия Победоносца

Божественная литургия в детском доме в церкви вмч. Георгия Победоносца

Конечно, литургии проходили достаточно шумно, дети и ходили, и сползали по стенкам, и наползали друг на друга. В первые годы приходилось привыкать, адаптироваться к необычному служению. Начался поиск наилучшего способа подготовки детей к богослужению, чтобы им было понятно, что происходит и зачем они здесь стоят.

Начало служения «Синего креста»

С первых шагов сестры милосердия с матушкой Иулией включились в помощь детскому дому.

Я помню, что не сразу пришла идея создания «Синего креста». Но потом решили поднять это служение, и стало понятно, что то дореволюционное движение «Синий крест», которое занималось только благотворительностью, недостаточно в новых условиях, требуется особое милосердное церковно-педагогическое служение. Кстати, оно было благословлено святым праведным Иоанном Кронштадтским.

Начался набор сестер с этим уклоном — церковно-педагогическим. Поскольку до нас в детском доме служили другие священники: они бывали разово или периодически, — то мы, конечно, пришли не на пустое место. Да еще там побывали и сектанты, и протестанты. Кого там только не было. Детский дом принимал помощь со всех сторон: пожалуйста, приходите, приносите, помогайте. Но эта толерантность не лучшим образом сказалась на детях: кто-то из них уходил в протестантскую общину, кто-то еще куда-то…

Уже первый год церковно-милосердного служения в детдоме показал, что несистематические занятия с детьми ни к чему хорошему привести не могут. Невозможно приходить в детский дом только для подарков и бесед. Это все скоро закончится. Все добровольческие организации, имеющие только эту цель, неизбежно терпят фиаско. Поэтому были разработаны несколько учебных программ, и мы поставили своей задачей конкретные действия: трудоустройство детей после выпуска, занятия с детьми, отстающими в учебе, и реализацию православной программы «Святыни России» — первоначальные основы Закона Божия. Это были систематические курсы, которые должны были вписываться в так называемую элективную программу, то есть они выходили за учебную сетку, но согласовывались с учебным планом.

В детский дом пришли энтузиасты. Первые сестры, которые там служили, — инокиня Елисавета и Варвара, они взяли на себя очень большой труд. Инокиня Елисавета приехала из глубинки, когда-то она была партийным работником, а всю оставшуюся жизнь посвятила служению Богу. Уже в иноческом сане она выполняла очень много послушаний. Была с детьми и днем, и ночью, и Псалтирь читала, и помогала во всем, и кормила ребят, и приучала к вере. Дети в детском доме ее очень полюбили, и когда она почила о Господе, то чтобы заменить ее, понадобилось 12 сестер. Такую нагрузку она несла! Это была настоящая самоотверженная сестра милосердия.

Другие сестры милосердия пришли и из нашего прихода, и из других приходов. Эта площадка объединили пять близлежащих храмов, из которых пришли добровольцы, впоследствии посвященные нами в сестры милосердия. У них были свои настоятели и духовники, но они нашли общий язык. Не всегда храмы друг с другом дружат, и не всегда взаимоотношения складываются правильно, потому что каждый храм имеет свои традиции, свои взгляды. Но, к счастью, среди сестер, которые объединились на этой «площадке», возникло единомыслие и взаимопонимание. Старшей сестрой «Синего креста» стала матушка Иулия Антипенко, впоследствии в детдоме появились ее помощницы.

Годы и годы с детьми

Детский дом стал одним из главных направлений нашего служения. Мы думали о том, что девочек старших групп можно воспитывать как сестер милосердия, поэтому ученицы одной из старших групп окончили курсы организованных нами сестер милосердия и получили соответствующие дипломы и сертификаты. Из них, насколько я знаю, сестрами милосердия не стал никто.

Но это была важная попытка, потому что, когда Анатолий Васильевич проанализировал, кем же становятся выпускники детского дома, оказалось, что только 2–3 процента чего-то добиваются в жизни, а остальные или повторяют путь своих родителей, или остаются всю жизнь социально дезадаптированными, пополняя ряды матерей-одиночек, заключенных, панельных женщин, убийц и самоубийц. С одной стороны, это связано, конечно, с родовыми грехами. На лицах многих малышей уже видна печать греха. Они с первого взгляда отличаются от других детей.

С другой стороны, детдомовцы не готовы к большой жизни, потому что сложившаяся форма государственной помощи как бы балует их. Ну, как балует? Конечно, они живут как монахи, почти не имеют своего имущества и приватной жизни — тумбочки открыты, все открыто, вся жизнь на виду. Зато государство предоставляет им любые блага: вот тебе, пожалуйста, бассейн, занятия, клубы, танцы, вот тебе поездка за рубеж, в иностранную семью, на юг. Всего этого часто не имеют в таком изобилии наши домашние дети. Но проходит время, и выпускник сталкивается с неразрешимой проблемой: всю жизнь прожив на государственном обеспечении, теперь он сам должен себя накормить-напоить, выстроить отношения в коллективе и работать, не поддаваться соблазнам. Редко кто это выдерживает. Мошенники следят за этими детьми, стараются отобрать у них квартиры, и, по глупости продав квартиры, ребята остаются на улице. В последнее время усилился государственный контроль за подобными вещами, но все равно они происходят. Даже сегодня, спустя 20 лет, выросшие дети стараются подольше прожить в детском доме. Даже имея собственные квартиры, они просят, чтобы их подержали еще какое-то время, чтобы не бросали, чтобы они имели возможность общения. Они не готовы перерезать пуповину и оторваться от той семьи, в которой провели детство и отрочество. Они боятся самостоятельной жизни, потому что не готовы к ней.

Некоторые детские дома практикуют отселение выпускников на месяц-два, чтобы они приобрели опыт самостоятельной жизни, адаптировались к ней, а потом возвратились. Но не всегда это возможно. Поэтому, проанализировав все совместно с директором, была выработана задача трудоустройства детей по окончании школы и, если возможно, усыновление или опека. А если невозможно, то крещение детей прихожанами нашего храма. Или хотя бы неформальная опека: забрали ребенка, пошли с ним погуляли, сходили в церковь на причастие, в музей, накормили-напоили и к вечеру привели обратно.

Со временем связей стало все больше, сестры «Синего креста» ввели практику переписки детей церковно-приходской школы нашего прихода с детьми детского дома.

Со временем мы перешли на две литургии в год: после Рождества Христова и после Пасхи в день памяти великомученика Георгия Победоносца.

Православные выставки и ярмарки в Александро-Невской Лавре помогали собирать благотворительные пожертвования на разные проекты для детского дома. При этом Господь показывал нам удивительные вещи. Однажды мы не сумели собрать необходимую сумму для подарков детям. А нам как раз только что подарили икону перподобного Серафима Саровского, и мы выставили ее во время ярмарки в Голубом зале Александро-Невской Лавры. И икона замироточила! По всем помещениям Митрополичьего корпуса распространился удивительный запах. Люди удивились и пошли выяснять, что произошло. И когда они увидели мироточивую икону и узнали, что здесь собирают пожертвования на подарки детям, то стали жертвовать настолько активно, что за один день были собраны средства, необходимые для того, чтобы праздник Рождества Христова у детей состоялся. С того раза икона больше никогда не мироточила. Она находится сейчас в алтаре храма нашего детского дома. Так преподобны Серафим Саровский позаботился о детях, лишенных родителей.

Занятиями с сестрами милосердия были в итоге охвачены все группы. Я стал ездить в детский дом реже. Объем работы на приходе уже не позволял уделять детям столько же времени, сколько раньше. Но детей мы не оставили: сестры «Синего креста» постоянно проводили с ними занятия, и в Купчино начали ездить другие священники нашего прихода. В настоящее время это послушание несет отец Игорь Илюшин.

Священники, сестры милосердия и прихожане

Священники, сестры милосердия и прихожане

Священники, сестры милосердия и прихожане Церкви Державной иконы Божией Матери с детьми детского дома

Потом директора стали меняться. При одном из них, надо сказать, человеке малопрофессиональном, сменилась половина педагогического коллектива, начались сложности в церковном служении. Пошли прокурорские проверки. Подавалось это так: прокуратура проверяет все из-за наличия церкви в детском доме, — хотя законодательство этого не возбраняло. Но в то время не было еще устойчивых связей между государством и Церковью, между государственными учреждениями и церковными структурами. Сложный оказался для нас период. Прошел год, и в день Державной иконы Божией Матери этого директора сняли.

Директорствовать пришла Ольга Константиновна, она и ныне возглавляет детский дом. Мы очень быстро нашли с ней общий язык и взаимопонимание, и работа продолжилась, еще более серьезная, чем прежде.

Праздники раньше проходили в детском доме, а теперь после Божественной литургии в детдоме дети приезжают на праздник в приход. «Державная» постепенно стала для детей одним из родных мест в городе, и я считаю, что это чрезвычайно важно.

Несколько выпускников стали церковными людьми. Ольга Ильина в течение нескольких лет была трудницей Николо-Острожского монастыря в Малоярославце.

Павел Носков — алтарник нашего храма. Часть детей обрела свой нормальный жизненный путь, некоторых усыновили наши прихожане.

Мы готовы все начинать с нуля

Однажды нам попалась книга, описывающая дореволюционные храмы Петербурга, ныне уничтоженные. И неожиданно в ней оказалась история детского дома № 9. Оказалось, что до революции он находился на Васильевском острове, а освящен был святым праведником Иоанном Кронштадтским: он благословил устроить в нем церковь во имя Георгия Победоносца. И еще оказалось, что устроение нами церкви в детском доме было практически точно приурочено к столетию организации церкви Георгия Победоносца в дореволюционном детском доме № 9! Так Иоанн Кронштадтский позаботился о сегодняшних детях, именно его святыми молитвами это все было устроено.

Конечно, это был другой детский дом, совпадает только номер. Но поражает сам факт преемства.

Сейчас детского дома № 9 нет. Есть «Центр временного пребывания детей» № 11, который объединил детские дома № 9 и 11. Реорганизация прошла в 2014–2015 годах, хотя по сути ничего не изменилось. Как был детский дом, так он им и остался.

Каждый год мы сверяем свои планы с директором этого нового детдома, которая очень печется о нравственности детей. Дети приходят на литургию добровольно, на каждой бывает от 90 до 120 причастников. Дети сознательно идут на исповедь, на причастие. Администрация детского дома свидетельствует, что когда ее дети общаются с другими ребятами, то сотрудники тех учреждений, куда они выезжают, говорят, что ее дети очень отличаются и ведут себя совершенно по-другому. И связывает она это прежде всего именно с действием благодати Божией и того труда, который осуществляют сестры милосердия и их добровольные помощники.

Необходимо отметить, что с приходом нового директора — Ольги Константиновны — тоже все начало меняться: изменилась структура и т. д. И каждый раз получается, что при работе в государственном учреждении священнослужители и сестры милосердия должны быть готовы начинать с нуля. Объединились два детских дома, и все — как будто мы не работали до этого 15 лет. Каждый раз заново начинать чрезвычайно трудно. Но пришлось. И тогда мы собрали из прихожан большую группу добровольцев, чтобы разом охватить все детдомовские группы. Сейчас к детям еженедельно ездят около 40 приходских волонтеров, они стали там родными. Дети их ждут. Они пью чай, разговаривают, занимаются с детьми. Уже через год стали видны положительные результаты такой системы, и на данный момент мы придерживаемся именно ее, потому что здесь единичными усилиями справиться невозможно, нужна очень большая группа людей, понимающих, что они делают, для чего сюда приходят. Причем количество людей должно быть соразмерно количеству персонала и детей. Все должно быть рассчитано и продумано.

Конечно же, с добровольцами занимаются. Они приходят не просто так, у каждого есть четкая программа действий. Как и сестры «Синего креста», они проходят обучение, которое дает им возможность действовать профессионально, по определенной программе. Потому что без серьезного педагогически продуманного подхода такое действие обречено на провал.

Большие группы добровольцев предупреждают появление в детских учреждениях сектантов, разного рода оккультных деятелей и просто мошенников, которые используют вывеску «Дети», чтобы решать своекорыстные задачи.

 

Прот.Сергий Филимонов

Продолжение следует.

 

Вы можете приобрести печатную версию книги "Воспоминания и размышления", готовится расширенное переиздание. Узнать подробнее и оставить заявку на предзаказ можно здесь.

В продолжение воспоминаний вышла новая книга прот. Сергия Филимонова «По своей земле», она есть в наличии в лавке, подробнее здесь.

Дорогие друзья! Примите участие в строительстве капитального здания Воскресной школы. Или вложите ваш кирпичик в строительство Дома Милосердия - первый в России проект такого масштаба социального, медицинского служения и просвещения, объединенного вокруг храма свт.Василия Великого. Установка первой закладной сваи для храма состоялась 27 марта 2018 года. Поддержите это нужное дело! 

Вложите ваш кирпичик прямо сейчас!  

Если не можете пожертвовать сегодня, воздохните, помолитесь об общем деле. Пожертвуете, когда сможете. Храни вас Господь!

Последние новости Дома милосердия

Назад к списку

Похожие материалы:

  • Лебединая песня

    О войне, мирной жизни, болезни, любви и верности, о Боге и Церкви в беседе с нашим прихожанином Георгием Александровичем Просвириным.

  • Годовщина венчания

    Сегодня (23 января) годовщина венчания отца Сергия и матушки Наталии Филимоновых, особого чина, в котором супружеский союз благословляется во образ союза Христа с Церковью и Бог подает супругам, при обещании ими хранить верность друг другу, благодать чистого единодушия для совместной христианской жизни, рождения и воспитания детей.

  • Отец Михаил Сечейко: дух и облик настоящего священника

    Продолжение книги прот.Сергия Филимонова "Воспоминания и размышления". Радостное о Господе состояние души, лучезарная улыбка, доброжелательное приветствие — как важны они и в церковной, и в мирской жизни!